Ведьма ли

Батюшка, батюшка, помоги, спаси, сил нет…Ведьма, ведьма она, все силы из меня вытащила…Колдует, ворожит…сил нет…ведьма…верхом…ездит…
-Митрофан? Ты что ли? Чуть свет, а ты уже еле языком ворочаешь, окаянный…Грех это, грех, залил зенки…ну, иди, иди проспись, да к вечерней службе приходи, эх Митрофан, Митрофан…
-Да как же, батюшка, как я пойду, ведьма она, ведьма, Аниска -то, как есть ведьма, ворожит, колдует…На метле летает..
-Тьфу на тебя, нечистый, кого городишь, иди говорю, проспись
-А тем, что жена моя, Аниска, ведьма, а ты меры принять не хошь, я можа через это и пью, ибо страшно с ведьмой жить…Овец соседских гоняет, коз доит, а давеча меня в свинью превратила и полночи на мне ездила, по соим ведьминским делам….
-Тьфу, чтобы тебя пробрало. от окаяшка, от осталоп, от анчутка…отзынь, отзынь иди проспись, негодник, ажно сил нет моих человеческих, слушать ересь, которую ты несёшь…Аниска твоя в церковь кажное воскресенье ходит, и на неделе заглядывает, в отличии от тебя, басурманина. Завсегда поможет, глаз от земли не поднимает, прихожанка самая хорошая, а ты…ты напраслину возводишь, собака ты такая, тьфу, тьфу на тебя, в грех словоблудия из — за тебя анчутки попал…иди, иди проспись говорю…
-Я…я..я…игумену пожалуюсь…вот
-Да хоть патриарху, жалуйси, уйди Митрофан, я сейчас в город еду, зайду к Поликарпычу, пушшай он тебя обследует, и отправит в психиатрическую больницу, к доктору Володину. Допился ты божий человек…А…вот и Анисья Михайловна, за тобой видно, горемыкой идёт
Анисья, женщина статная, красивая. Коса русая через плечо перекинута, глаза в пол опущены, губы, как ягода, лесная малина, щёки алым цветом полыхают, брови соболиные, залюбовался отец Анисим, вся чистая, складная…дураку досталась…
-Прости батюшка, и благослови, на утреннюю службу не могла прийти, прихворала, а потом вон, мужа мово, Митрофана Федотыча, искала, говорили к речке побёг…вы не ругайтесь на него, батюшка…
-Ага, прихворала, видать зельё дюже ядрёное было, которое с кумом своим, чертякой хлестала, а потом у костра прыгала, пока я в свинью обороченый, землю носом рыл…да и холодно ужо, голой- то, в октябре, покров уж скоро…, -пятясь задом, пытаясь пробраться в церковь, причитал Митрофан, -да и чай не молодка, сороковник на подходе, а, чё, боишься, боишься креста святого…
Священник повернулся, и ловко подставив Митрофану подножку, схватил его за шиворот, и толкнул в объятия жены…
-Идём, идём, касатик, я тебя чайком с имбирём попою, и вся хворь пройдёт…Спасибо, батюшка, — повернувшись к священнику, поклонилась в пояс, — спасибо, отлежится, не гневайтесь, к вечерней службе будем….
Митрофан, увлекаемый женой, обмяк и опустив голову, еле переставляя ноги, поплёлся домой…
Картину эту наблюдали прихожане, все жалели кроткую, добрую, умную и красивую Анисью, и не могли понять, что её связывает столько лет с пьяницей и лодырем Митрофаном, -видно любовь, -решили бабы…
-Благо…кхе, кхе…Анисья Михайловна, мне бы это, с глазу на глаз бы переговорить, подождите меня….
-Понимаете в чём дело, Анисья Михайловна, я понимаю, что на дворе не средневековье, вон и паровые карету уже ездят, и вопче, но…тут такая закавыка, даже не знаю, как и сказать…но, я…понимаете, я должен, я не могу…не отреагировать…жалоба на вас, Анисья Михайловна, обвиняют вас в колдовстве….Говорят, что, мол, ввв…ввв..ведьма- с, вы, хи-хи
Анисья Михайловна, стояла, опустив очи в землю, щёки полыхали румянцем, упругая грудь ходила, как меха в кузнице, залюбовался отец Анисим, аж растерялся, он всегда терялся в присутствии этой красивой бабы…
-Кто же батюшка, напраслину на меня возводит?- стоит, чуть не плачет…
-Дык, супруг твой…Я должон отреагировать, он жаловаться дальше обещает…Надо бы, того, доказать, что вы не того…не этого…
-Да как же я батюшка докажу? -стоит, глазищи выставила, как озёра, слёзы в них, как вода плещутся, — я же в церковь хожу, и пою на праздники, разве ведьма это может делать? А что травками лечу, дак даже доктор Володин говорит, что таблетки все из травок делают. Чем же я не угодна…
-Ты Анисья не забижайся, сигнал поступает, да и на горе, вон сполохи люди стали видить, вроде ктокостёр ночю жжёт, надо проверить…
-Ну что же, батюшка, мне таить нечего, всё ему, как на духу расскажу…Я женщина честная, мне бояться нечего…Всё расскажу, и про то что ты десятину утаиваешь, хоромы себе в Москве строишь, а на нашего мужичка, Ероху Безродного, что в твоих работниках сосоит, записываешь. И, что с дьячихой сожительствуешь, и где деньги прячешь, всё расскажу…
-Да ты штоооо, ты што…, блудница….
-Я блудница? Я???? А кто за мной в бане третьего дня подглядывал, а? А кто, когда мы с бабами в сенокос, в самую жару скупнуться в речку залезли, за нами в трубу моноклиевую смотрел, а? Может я? Я ишшо много чего знаю, батюшка….Так что вызывай, патриарха, суд чини…
-Постой, постой, баба глупая…Я те чего сказать- то хотел, лечить, лечить надо Митрофана твово, он ить богохульник пьёт…
-Пьёт, батюшка, ох пьёт, и через это ему видения всякие, доктор Володин, говорит горячка это, белая…
-Горячка? айййяяйяяй, ну иди, иди раба божия, благословляю тебя, иди…
-Спасибо, батюшка. Как нало просфиры печь, позовите…
-Ну что Митрофан Федотыч, надоело, говоришь свиньёй быть, землю носом рыть? Давай другое что попробуем..
-Аниска, чур чур меня, не смей, не подходи, у меня…мееееее….ммммееее