Я вам напишу

-Людка, ну чего ты кочевряжишься, а? Чего ты молодку из себя строишь? Думаешь красивая, умная, дак очередь к тебе из женихов выстроится? Где оне? Чёт не видать, ну…
-Тёть отстань, ма, скажи ты ей.
Людкина мать сидела, поджав губы и смотрела задумчиво в окно.
-Ма, ты слышишь?
-Слышу.
Мать положила натруженные непосильным крестьянским трудом руки на стол, руки её были маленькие, с толстенькими опухшими пальчиками.
-Ты бы подумала Людмила, Геннадий видно, что парень справный, смотри у него полушубок дублёный, белый, лёгкий, что твой пух. Давеча подняла с вешалки его, перевесить, а он што пушинка, — опять зашептала тётка.
-Тёть, какая пушинка, какой полушубок белый, ты о чём? Не нужен мне никакой Геннадий в дублёнке.
-Не нужен? — мать подхватилась с места, подскочила к Людке и сунула ей под нос свои руки, — видела? Видела? Смотри, смотри не отворачивайся. А ведь я тоже красавицей была, худенькая, с косой до пояса, плясунья — певунья, а теперь? Теперь что? Что ты ломаешься, как лёд весенний. Кому ты нужна будешь, тебе уже скоро тридцать и дитё в придачу ещё. Иди, иди говорю, о ребёнке подумай, вертихвостка.
Людмиле стало очень обидно, очень, до слёз. Какая она вертихвостка. Родила Светланку в законном браке, что не пожилось, ну не по любви вышла, да может стерпелось, слюбилось бы, да мама приехала, забрала. Решила, что лучше ей, Людке, с матерью будет, она и послушалась…А теперь вон потыкает. Тридцать, какие тридцать, двадцать семь…
А мать с тёткой тем временем продолжали наседать, дуть в уши, расписывать какая прекрасная жизнь ждёт её с Геннадием. Один сын у родителей, дом большой, не гуляет, работящий и её Людку, с дитём берёт.
-Ты поди про этого своего всё думаешь, интеллигента? Брось, Людка, не пара ты ему. Жизнь он тебе и так сломал один раз, когда должон был приехать свататься и не приехал, а то поедет он тебе, ага из самого Ленинграда, в глушь, в деревню, кралю такую сватать. Так, брехушок, то ты и бежала, как ошпаренная, хоть куда, вон и получилось, чего, вон и расхлёбывай.
-Мама, в том то и дело, за Виктора без любви замуж вышла, лишь бы забыться и опять толкаете меня.
-Ишь ты, скажите пожалуйста, толкают её, любви ей надо, тьфу срамота, мать пожалей, завелась тётка.
Так Людмила со Светланкой оказались в райцентре, в семье зажиточных родителей идеального Геннадия.
Сделали небольшой вечер, регистрацию и посиделки.
Геннадий не сводил влюблённых глаз с Людмилы, друзья сидели, раскрыв рты, дивная красавица была Людка. Волосы чёрные, как вороново крыло, до пояса, сама хрупкая, с белой фарфоровой кожей, синие глаза в пол лица и красные губы.
Свекровь с ненавистью смотрела на невестку, а особенно на приплод, свёкор пока не определился, но был хмур. А Светка весело крутила черной головёнкой и совсем не знала, что в её семь лет детство закончилось.
Не будет больше весёлой и красивой мамки, не будет она шить Светке наряды, да платья, одевать её, как куклу из сказки про толстяков. Не будут они больше втроём, бабушка, мама и Светка лежать вечером и петь песни, да так, что стёкла дребезжали. А утром, сосед дядя Миша покрякивая и отводя глаза в сторону, не будет хвалить маму с бабушкой, и говорить, какие же голосистые девки.
Постелют Светке за печкой, какую- то дерюжку, запретят даже думать про куклы и книги, заставят таскать дрова, воду из колонки, попить скотину, да многое чего. На долгие годы превратится Светка в бесплатную рабыню, нелюбимую, ненавидимую, но не сломившуюся.
А мать сломается. Начнёт пить, сначала с подружками, потом сама, одна. Из красавицы превратится в непонятное нечто, и кто ещё недавно восхищался её красотой, будут плевать ей в спину и пытаться затащить за угол. Она будет отбиваться, до последнего…
Светка нашла целые пачки писем.
Это мать писала тому, любимому, который сломал жизнь, как говорила бабушка, который так и не приехал из своего Ленинграда.
Из-за которого мать выскочила замуж за первого попавшегося, лишь бы забыться, уехать не терпеть сплетен и позора.
Ведь не будешь каждому объяснять, что тот любимый, даже не притронулся, не обидел, планы строил, а сам не приехал…
Вот и вышла замуж за Светкиного отца, да не смогла жить, а он чувствовал, знал, что не мил. Загулял, а дочку любил, просил отдать ему, но тогда Людмила и не представляла своей жизни без Светки.
Это потом ей стало плевать и на Светку, и на других детей. Она ещё родила, уже от Геннадия, детки были умные и славные, любили Светку до безумия, и она их.
А сейчас, Светлана Викторовна стояла и держала пачки писем, той, которую она толком и не узнала, и думала, что ей делать с этим «наследством».
Однажды она оказалась в этом городе, который она ненавидела и любила одинаково, любила за красоту, а ненавидела за то, что там жил человек, из-за которого вся жизнь её матери пошла под откос.
Да, можно сказать, что это всего лишь отговорка, что мать сама виновата, что оказалась слаба, а никто и не говорил, что она сильная. Она же стихи писала…Её мать, Людмила Силантьевна
Светлана брела бесцельно по улицам, подняла голову и увидела откуда- то знакомый адрес. Адрес с маминых писем, вспомнила она. Поддаваясь какому чувству, вошла в парадное и поднялась на верх. нажала на кнопку довольно-таки современного звонка и замерла.
-Нет никого, вот же я дура, чего попёрлась, чтобы я сказала если бы, открыли, я кроме имени ничего не знаю, и не факт, что человек здесь живёт и вообще помнит какую- то Людмилу из какой- то глуши.
Дверь открылась, в проёме стояла худенькая маленькая старушка, с седым пучком на голове, в огромных очках и укутанная в шаль.
Старушка посторонилась, и Светлана шагнула в мрак квартиры.
Она сама не поняла, как оказалась на кухне с огромными пятиметровыми потолками, сидит напротив Капитолины Вячеславовны и пьёт чай с сушками.
Светка всё рассказала этой маленькой старушке, всё- всё. Было не ясно, поняла ли она, кто Светка и о чём она говорит
Капитолина принесла старый альбом, в синем бархате и открыла его. С первой страницы на Свету смотрел красивый улыбающийся молодой человек, а рядом стояла девушка, хрупкая, как фарфоровая статуэтка, с чёрными длинными волосами. Их было много, фотографий этого парня и девушки.
-Это Славочкина невеста, он поехал к ней, на машине должен был привезти. Я всё жду, они сказали, что его нет и никогда не будет, а я всё жду. Славика я назвала в честь его деда, моего отца… И вот всё жду.
-Бабушка, ты с кем? Добрый день, вы…
-Я ошиблась, извините, здесь раньше жили мои…дальние родственники.
-Да? Странно, мы всю жизнь здесь живём. Бабушка мама и я. А раньше ещё был дядя Слава, мамин брат, но это давно, до моего рождения и даже вашего, он…его нет…
-Да, я знаю, за два года до моего рождения, простите. Можно я возьму одну фотографию, вот с этой девушкой…
-Что? Да заберите хоть все, хотя нет, парочку оставьте, а то Капа будет искать.
-Спасибо, до свидания.
А вам я напишу письмо
И строчки выпущу на ветер…
Она приснилась Светке, молодая, красивая. Просила прощения и говорила спасибо. А ещё сказала, что любит её, сильно- сильно и охраняет, оттуда смотрит и охраняет.