Сидя после бани, выпив со стариком по стопочке ядрёного самогона, шептались о чём -то молодой и сильный, да пожилой мужчины.
часть первая
-Не переживай сынок, всё сделаем в лучшем виде…
-А как же вы, дядь Саша?
-А чё мы? Кто знает, что мы с Валерушкой и Лидой связаны?
-А соседи? Как же?
-Тю, да нас десять дворов, стариков. Глухие, да слепые. Что нас, пытать будут? А если и будут…
Меня беляки знаешь как…ремней из спины наделали, да я не сказал ни слова, а ты говоришь…
Надо, сынок, надо.
-Знаю, бать. Никогда ничего не боялся, а тут…не за себя страшно, за Лиду с Сашком.
Как то боязно, а вдруг не получится. Я ведь никогда в семье -то не жил, не знаю как это…
Получится, всё получится.
Валера такую операцию прокрутил, вот ведь ум у парня был, ээээх, он тебе доверился и мы тебе верим, помоги внучке…
Не сможешь жить семьёй, ну видимость создавать, никто тебя не неволит, увези их, помоги там обжиться, сделаете вид, что развелись, и опять сможешь…Зимой стать…
-Да не уговаривай ты меня, мы всё проговорили с Валерой.
Справлюсь ли, вот чего боюсь.
Подвести её боюсь, вас с бабушкой и Валеру…
И опять склонились две головы, одна к другой, опять о чём-то шепчутся.
Чуть свет, разбудил Толика голос деда Сашка
-А ну гостенёк, вставай, на рыбальку идём.
И пошли, как в детстве…
-Пацана давай возьмём, -нарочито громко говорит дед Сашко, хороший мальчишечка, мой тёзка. Бабочка тут живёт, соседка, одинокая, так вот мы с бабкой помогаем, чем можем…
Дед Сашка показывает глазами на соседний двор, там стоит голый по пояс мужик, вытирается полотенцем, но по всей его позе и виду, догадаться нетрудно, что подслушивает мужик, изо всех сил старается…
-Учёный, — шепчет дед, сказочки записывает…
“Учёный” понял он, постарался Старый, заслал своих, видно давно пасут, камни найти хотят.
Из другого дома вышла красивая молодая женщина, следом пацанёнок, смутно напоминающий Валеру.
-Лидушка, постоялец у меня, геолог, будет камешки, да земельку в мешочек собирать, пробы разные делать. Вот на рыбальку попросился, Сашка возьмём? Пусть малый побалуется.
-Да конечно, дядя Саша, — сказал женщина, бросила беглый взгляд на Толика, будто тень сначала на лицо легла, а потом разгладилась…
В ручье, где водились гальянчики, играет Сашка камешками, собирает в дяди Толины мешочки для проб, галечки, да прозрачные камешки, чистый ручеёк, прохладная, с гор далёких водичка бежит, журчит по камешкам, разные камешки имеются в том ручейке, никто не догадается, хоть всю тайгу перероют, а не найдут куда Валера камешки дел.
-Это не надо, Сашок, — говорит дядя Толя, этим не время еще, синим-то и жёлтому. Пусть лежат, а вот белых камешков наберём маленько, подмигивает пацану Зима.
-Дед Сашко, а от чего Синявкино -то? Ты мне так и не сказал, -услышав шорох в кустах, спросил Толик.
-Синявкино, кхе- кхе. А вот ты грибы любишь?
-Ну…как сказать, смотря какие.
-Оооот, есть такие грибы, по вашему учёному, они сыроежки называются, а по нашему, по простому, синявки. Их солишь утром, а вечером ешь.
-Да ну…
-Ага. У нас их тут видимо- невидимо, оттого и Синявкино.
-Понятно, — протянул Толик, зорко наблюдая краем глаза за старающимся быть незаметным ещё одним “учёным”.- А что, дед Саня, правда тебя беляки пытали? Или так, для красного словца сказал, — тихонько спрашивает Толик
-Нет сынок. Правда.
И начинает дед рассказывать, как гонял по лесам остатки недобитых банд, как воевал, много что рассказывал старик. Тот за кустами даже заслушался.
А Толик в это время тихонько сложил нужные “образцы” камней в рюкзак.
Половив рыбу, насидевшись, наговорившись, пошли они неспешно в сторону дома.
Так продолжалось три дня, потом Толик пошёл чинить Лиде крышу дома, под руководством деда Саньки, пригласили и “учёного”, что занимался фольклором, мол, помочь женщине некому, одни старики в деревне. Тот с радостью согласился, отчего не помочь красивой женщине.
Толик понимал, что выслужиться хочет перед Старым, либо вообще сам всё заграбастать себе.
Но взять-то камни одно, думает Толик, их же куда-то ещё и пристроить надо. Куда же ты с ними, дурилка картонная, поймают же, не те, так эти…
Через неделю, поздним вечером, отвёз дед Сашко на станцию своего постояльца. Посадил на проходящий мимо и стоящий всего две минуты поезд, и подождав поехал домой.
Из леса выскочил запыхавшийся “учёный”
-Дед, — крикнул понужающему лошадку старику “учёный”, — куда поезд? На Москву?
-На Москву сынок, постоялец что-то быстро собрался, прямо одним днём и уехал, даже пробы свои не все взял, и знаешь что характерно, говорит земля у нас хорошая, представляешь, прямо в огороде у соседки какие-то я не понял, то ли металлы, то ли камни нашёл. О как!
Ты жа тоже учёный? Вот скажи мне, мил человек, это же поди тут разрабатывать всё будут? Техники нагонят? Поди- кася всё тут нам построят, город поди сделают? Али прииск может. О, чё творится…
-Сделают, сделают дед. Ты мне вот чё скажи, не говорил твой постоялец, что именно он нашел?
-А чёрти его знает. Сказал что старик какой-то обрадуется…
-Ссс…, чёрт, — выругался “учёный”, — тьфу зараза…
А через три дня приехали люди какие-то странные и прямиком к дому Лидии, всё было открыто, женщина с мальчиком куда-то отошли…
-Дед, а где соседка?
-А я откель знаю. Дома. А что такое? Как пропала? Куды пропала? Вечером пацан хворост приносил, соседка дюже вкусный хворост стряпает…
***
Через тайгу, почти не разговаривая, шли бодрым шагом мужчина, женщина и ребёнок. Они шли к реке, где их поджидала лодка…
***
-Папа, там девушка какая у ворот стоит, мальчик, по имени Денис заглянул в столярку к отцу.
Мужчина, Егор, делал заказ, для местного дома культуры. Он был одет в национальную туркменскую одежду, по лицу тёк пот.
-Сынок? Какая девушка? Разве тебе не рано ещё водить домой девушек?
Парень покраснел, капельки пота собрались над верхней губой, где были видны едва пробивающиеся усики.
-Да папа…
Егор не спеша шёл к калитке
-Здравствуйте…
Девушка стояла и улыбалась, на глазах её были слёзы.
— Мне сказали что вы ищите няню для своей маленькой дочери.
-Да, а у вас есть рекомендации?
-Конечно, вот. И ещё на словах.
Егор бегло пробежал глазами по листочку. Он действительно разместил объявление в местной газете…
Постоял, раздумывая, он знал, что везде есть любопытные глаза и уши. Всем станет интересно, кто это приехал к соседям.
-Хорошо, мы возьмем вас, пройдемте.
-Марина, няня нашлась для Танечки.
-Замечательно, — из двери выглянула молодая, красивая женщина.
Они все вошли в дом. Закрыв двери, постояли молчком, потом Егор крепко обнялись с девушкой, та заплакала, припав к родному плечу.
-Здравствуй, дядя Толя.
-Здравствуй, Анечка.
Не только у Валеры была тайна, была она и у Толика.
Даже лучшему другу не рассказывал никогда, что есть у него родная душа на белом свете, племянница Анечка, дочка его пропавшей сестры Натальи. Это потом пришлось признаться, потому что необходима была помощь Анечкина, для предотвращение в жизнь их с Валерой плана.
Никто не знает, чего ему стоило сохранять в тайне своё родство, беречь свою кровиночку.
И Старому тогда она всё рассказала, что дядька велел.
А теперь вот, через пять лет, смогла наконец-то добраться к дядюшке, в отдалённый район, одной из республик в Средней Азии, где было много русских людей, и легко было затеряться ничем не примечательной обычной семье с ребёнком. Здесь уже и дочка родилась…
-Как дед Сашко?
-Привет передавал и мёда вот…А бабушки не стало, сказали ей всё же про дядю Валеру, после вашего побега, она совсем слегла…
Ка кжили Зима с Лидой? Поменяли имена, изменили жизнь. Долго жили просто, как соседи, пока однажды не понял Толик, что не хочет он возрата к прошлому, не хочет и всё. Да и Валере он слово давал, что проживёт за двоих свою жизнь…
Поднимет иногда голову Зима, тоска нападёт на Егора — Анатолия. Зима. Зима. Зима…
Нет! Нет Зимы. Есть Егор, отец семейства, муж, отличный столяр…
А в Синявках, каждую весну появляются геологи, и копают, копают огород в одном доме, его дед Сашко сдает приезжим…
Вот и закончился наш рассказ про Анатолия.
Вот такую жизнь он прожил, не сам сначала выбирал, за него выбрали. А потом уже по накатанной…
